Лейтенант вернулся в аптеку, спросил заведующего, кто из сотрудников остается на ночное дежурство. Фармацевт вызвал из рабочего помещения сотрудницу.

Худощавая брюнетка в черном платье с подкрашенными губами и подведенными глазами кивнула Мозарину. Через ее руку был перекинут белый халат, который она еще не успела надеть на себя.

— Что вам угодно? — с холодной учтивостью спросила она.

Лейтенант объяснил, что, вероятно, родные или знакомые неизвестной женщины спохватятся, станут ее разыскивать, может быть, зайдут в аптеку. Офицер просил немедленно известить его об этом по телефону. Написав в блокноте номер телефона и свою фамилию, он отдал листок дежурной. Она прочитала, вскинула ресницы и, поправляя костяную брошь с искусно вырезанным паучком, сказала:

— Хорошо, товарищ Мозарин. А если вы не окажетесь на месте, тогда как поступить?

— Запишите фамилию и адрес того, кто будет спрашивать о женщине, и позвоните мне еще раз.

— Все будет сделано, товарищ! Можете не беспокоиться.

Застегнув плащ, лейтенант взглянул на часы. Прошло два часа восемь минут с тех пор, как он приехал на место происшествия.

Корнева и врач уже сидели в автомобиле. Надя встретила Мозарина язвительным вопросом:

— Вы, конечно, уже нашли какие-нибудь следы серебристой машины, Михаил Дмитриевич?

— Очень туманные, Надя. А как у вас?

— Я не столь проницательна, не умею так быстро анализировать… Даже туманно…

3

Всем постовым, регулировщикам, милицейским патрулям и заставам было приказано задержать серебристый автомобиль марки «Победа» с окончанием номера «35» или «85», управляемый шофером-девушкой лет двадцати — двадцати двух. В приказе говорилось, что левая сторона кузова машины, возможно, помята или поцарапана; может быть, у нее испорчены тормоза.